Мать из Нижнего Новгорода рассказала, как обе её дочери заболели лейкозом с разницей в 10 лет

Анна Кузовлева из Нижнего Новгорода пережила то, что большинству родителей кажется немыслимым. С разницей в десять лет обеим её дочерям поставили диагноз «лейкоз». Сейчас, когда младшая уже выздоровела, а старшая продолжает лечение, Анна откровенно рассказала изданию NN.RU о годах борьбы, изоляции и материнском долге.

Первый удар семья получила 18 декабря 2014 года. Странности в здоровье шестилетней Оли мать заметила ещё осенью: у ребёнка периодически поднималась температура, а на теле появлялось множество синяков. Однажды после безобидной игры с сестрой у девочки раздулась огромная чёрная шишка. Анна испугалась перелома, но Оля встала и побежала дальше. Именно этот эпизод заставил родителей отвезти дочь на обследование.

«Вечером я стала изучать интернет на тему того, как нам попасть к гематологу, и сама ставила диагноз. Лейкоз даже не рассматривала, ведь казалось, что с нами такого не может быть», - вспоминает Анна. Утром она отвела весёлую и активную Олю в садик, а уже в 11:00 раздался звонок из клиники. Родственница сообщила, что диагноз плохой и нужно срочно ехать в больницу. На приёме врач сразу озвучил страшное слово - «лейкоз».

Анна расплакалась прямо в кабинете. «Он говорит: „Мамочка, вы что, держите себя в руках“», - рассказывает женщина. Дальше всё закрутилось: повторные анализы, обследования и немедленная госпитализация. Сама Оля не понимала сути болезни, но, видя слёзы матери, чувствовала беду. Ребёнку назначили химиотерапию, антибиотики и постоянные капельницы. В начале января врачам удалось вывести девочку в ремиссию.

Для продолжения лечения требовался дорогостоящий препарат «Онкоспар». Один флакон стоил 140 тысяч рублей, а полный курс включал девять таких флаконов. Благотворительный фонд открыл сбор, и деньги быстро собрали близкие, пользователи городского форума и просто неравнодушные люди. Часть средств даже удалось сэкономить, найдя лекарство по более низкой цене.

После выписки из больницы жизнь семьи превратилась в строгий карантин. Ослабленный иммунитет Оли требовал полной изоляции от любых инфекций. «В больнице всё было очень строго, просили соблюдать стерильность, поменьше контактов с посторонними людьми. Было даже так, что я ехала в маске в своей машине, сама себя боялась», - поделилась Анна. В их доме постоянно работали бактерицидные облучатели, а Оля жила в отдельной комнате. Такой режим сохранялся около года.

С первого по третий класс девочка находилась на домашнем обучении, и только с четвёртого пошла в школу. После завершения химиотерапии врачи посоветовали семье просто жить обычной жизнью. Сейчас 17-летняя Оля учится на музыкальном отделении в колледже и чувствует себя хорошо.

Однако прошлым летом кошмар повторился. У старшей дочери, 22-летней Вики, начала периодически подниматься температура. Врачи диагностировали пневмонию и госпитализировали девушку. В больнице у неё взяли анализ крови, и результаты снова оказались тревожными. Анна, получив выписку на руки, сразу всё поняла - лейкоз вернулся в их семью.

Курс терапии Вика проходила, параллельно готовясь к свадьбе. Летом девушка вышла замуж, а сейчас продолжает лечение и учится в университете по специальности «государственное и муниципальное управление». По словам Анны, старшая дочь переносит болезнь тяжелее: она худая и плохо ест. «У детей, знаете, короткая память: их прокапали, они прокричались и забыли. Оля практически не помнит, как лежала в больнице», - сравнивает мать.

Когда Оля только заболела, старшая сестра на полгода оказалась почти брошенным ребёнком - всё внимание матери уходило на лечение младшей. Позже часть забот взял на себя муж Анны. Именно его поддержка и простые слова «я тебя люблю» помогали женщине справляться с отчаянием.

В первый раз Анне остро не хватило психологической помощи. Из-за контакта с ветрянкой в саду их с Олей закрыли в отдельном боксе на три недели, и это время прошло в полном информационном вакууме. Сейчас, по её наблюдениям, система изменилась: благотворительные фонды предоставляют психологов для онлайн-консультаций, а для родителей созданы закрытые сообщества поддержки. Сама Анна много лет работает волонтёром и участвовала в проекте, где матери делятся опытом с теми, кто только столкнулся с онкологией.

Узнав о диагнозе Вики, Анна действовала на автомате: организовала госпитализацию, вернулась домой и только тогда дала волю слезам. Сейчас она изо всех сил старается держаться, считая, что ребёнок должен видеть здоровую и адекватную маму. «Героем себя не чувствую, но, как говорится, каждому даётся по силам. Мне, конечно, не хотелось бы, чтобы мне такое давалось, но раз уже это есть, куда деваться? Сейчас вылечимся, и всё», - заключает Анна.