Компромат, вечеринки и скрытые камеры: секреты влияния Эпштейна

Джеффри Эпштейн сумел выстроить вокруг себя круг влиятельных людей, оставаясь для многих «своим» даже после того, как лишал их денег или вовлекал в сомнительные истории.

Его жизнь с ранних лет строилась на лжи: уже работая преподавателем математики, он выдумал себе дипломы, чтобы получить место в престижной школе и затем перейти на Уолл-стрит.

В начале 2014 года в доме Эпштейна в Нью-Йорке разыгралась сцена — бывший деловой партнёр Стивен Хоффенберг, который 18 лет провёл в тюрьме за финансовые махинации, пришёл требовать объяснений и денег.

Помощники Эпштейна в панике писали друг другу: «Он безумен, ни в коем случае не впускайте его в дом».

Сам Эпштейн в тот момент просил знакомых помочь найти вооружённую охрану.

Позже выяснилось, что за время их сотрудничества Эпштейн сумел избежать уголовной ответственности и получил минимальный срок, тогда как Хоффенберг взял всю вину на себя и умер в бедности.

Оба родились в Бруклине и начинали без связей. Эпштейн, по отзывам бывших одноклассников, был умён и рано проявил математические способности.

В средней школе он помогал другим с учёбой, за что его даже благодарили: «Он причина, по которой я поступила в колледж», — вспоминала одна из бывших подруг.

Первый серьёзный рывок — работа в банке Bear Stearns: благодаря обаянию и «уличной» хватке он быстро завоевал расположение руководства, хотя вскоре был уволен за ложь в резюме и подозрительные сделки.

Свои контакты Эпштейн строил на доверии и манипуляциях.

Его поразительная способность удерживать расположение самых разных людей позволила ему не только находить новых жертв, но и долго сохранять преданность даже обманутых партнёров.

Через связи с британской семьёй Лиз, которую познакомила с ним подруга, он вышел на круг состоятельных знакомых в Лондоне и Нью-Йорке, среди которых были и Стивен Хоффенберг, и медиамагнат Роберт Максвелл.

Несмотря на то, что Эпштейн пользовался чужими счетами и продавал поддельные инвестиции, семья Лиз ещё долго поддерживала с ним дружеские отношения.

В Нью-Йорке он быстро расширил круг знакомых.

В том числе сблизился с Линн Форестер де Ротшильд, познакомившей его с принцем Эндрю, и с Ариан де Ротшильд, главой швейцарского банка Edmond de Rothschild, которая за годы сотрудничества заплатила ему миллионы долларов.

В списке его собеседников были и крупные британские промышленники, и представители арабских монархий, и знаменитости из США.

Эпштейн использовал связи не только для обогащения, но и для компромата: по словам знакомых, он рано начал применять метод «playing the box» — создавать ситуации, в которых человек оказывался уязвим и был вынужден платить или сохранять лояльность.

Его дома были оборудованы скрытыми камерами, а в переписке мелькают намёки на использование девушек и фото в качестве рычагов давления. По версии следствия, начиная с 1990-х, Эпштейн и его подруга Гислейн Максвелл привлекали и эксплуатировали сотни молодых девушек, а в его сети попадали известные политики и бизнесмены.

Даже в ситуациях, когда Эпштейн явно обманывал или подставлял людей, многие из них продолжали с ним общаться.

Его называли обаятельным и щедрым, отмечали умение давать ценные советы и помогать в сложных ситуациях: он помогал одному другу после аферы Берни Мейдоффа, помогал философу Ноаму Хомскому с пенсией, искал работу знакомым в России через олигарха Леонарда Блаватника. В письмах он постоянно давал финансовые и личные рекомендации.

Ключевым этапом стало знакомство с миллиардером Лесом Векснером, владельцем Victoria’s Secret: тот доверил ему управление своими активами, отстранил старых менеджеров и позволил присвоить миллионы долларов.

Отношения с Векснером длились до 2007 года, когда тот, по словам представителя, обнаружил кражи и прекратил всякое общение.

При этом в архиве сохранилось письмо Эпштейна с намёком: «Мы с тобой делали много такого, о чём она не знает», — писал он, подразумевая жену Векснера.

Далее Эпштейн нашёл нового покровителя — миллиардера Леона Блэка, для которого несколько лет работал как советник, получая десятки миллионов долларов в год.

Их союз закончился конфликтом, а Блэк ушёл из своей компании Apollo Management после публикаций о связях с Эпштейном и обвинений со стороны девушек, которые утверждали, что познакомились с Блэком в доме Эпштейна.

Для построения новых связей Эпштейн активно использовал профессиональных посредников и организаторов вечеринок.

В частности, пиарщица Пегги Сигал регулярно отправляла ему подробные отчёты с тусовок знаменитостей и знакомила с влиятельными инвесторами и миллиардерами.

С помощью таких связей он вышел на богатейших людей Великобритании и США, крупные семьи Ближнего Востока, элиту Кремниевой долины.

Эпштейн инвестировал миллионы долларов в компании Peter Thiel, участвовал в развитии Coinbase, а среди его постоянных собеседников были ведущие финансисты и политики.

В течение всей карьеры оставался вопрос: откуда у Эпштейна деньги и почему столь влиятельные люди продолжали с ним общаться?

Многие подозревали, что он собирал компромат в интересах спецслужб, но подтверждений этому до сих пор нет.

Его финансовые махинации начали вскрываться лишь после смерти, и многое так и осталось нераскрытым.

Одна из ключевых черт его поведения — «заворачивание» любой истории в личный диалог, где последние фразы звучали как: «Позвони мне», после чего все следы терялись.